Как создавался СССР - История - Каталог статей - Наша Россия

Каталог статей

Главная » Статьи » История

Как создавался СССР

Наиболее радикальный период советской «украинизации» 20-х гг. прошлого века проходил под непосредственным руководством именно Л. М. Кагановича. «Украинизация» прессы в 1932 г. поднялась до 87,5%. Украинские книги в общей массе книжной продукции составляли в 1925-1926 гг. — 45,8%, в 1927–1928 гг. — 53,9%. В 1931г. — 76,9%. В 1931 г. в Украинской ССР было 66 украинских, 12 еврейских и только 9 русских стационарных театров. К 1930 г. в республике насчитывалось 14430 украинских начальных школ, а русских всего 1504.

В 1921 г. был открыт Институт украинского научного языка. С 1925 г. при украинском Совнаркоме работала Государственная комиссия для разработки правил правописания языка. В 1927 г. была проведена Правописная конференция, на которой предметом обсуждения стала единая система орфографии (она была введена в действие постановлением Совнаркома УССР в 1928 г.), которая завершила работу по окончательному отрыву «мовы» от русского языка.

В докладе, зачитанном в январе 1929 г. в Коммунистической академии, специалист по «культурному строительству в национальных республиках» С. Диманштейн с удовольствием отмечал: «Возьмем дореволюционный украинский язык…и теперешний украинский язык, с одной стороны, и русский язык — с другой: Шевченко почти каждый из вас поймет. А если возьмете какого-либо современного украинского писателя — Тычину, Досвитского или другого из новых, — я не знаю, кто из вас, не знающих украинского или хотя бы польского языка, поймет этот язык на основе русского».

Новый язык можно было понять только на основе польского, который пополнял лексикон «мовы». Однако население продолжало свое пассивное сопротивление. Украинский министр просвещения Шумский негодовал оттого, что «украинизация идет туго, на украинизацию смотрят как на повинность, которую выполняют нехотя, выполняют с большой оттяжкой».

В 1929 г. оргбюро ЦК КП(б)У вынужденно было признать резко негативное восприятие «украинизации» в среде рабочих и инженерно-технических работников промышленных регионов УССР, особенно Донбасса. Однако не только рабочие или сельское население, но и госаппарат сопротивлялся насильственной «украинизации».

Но, прежде всего, заботились не о развитии «мовы», а об уничтожении русской культуры. Украинский литератор Мыкола Хвылевый, по совместительству чекист, откровенно писал в это время: «Украинское общество, окрепнув, не примирится со своим фактическим гегемоном — русским конкурентом. Мы должны… навсегда покончить с контрреволюционной идеей создавать на Украине русскую культуру». Он же в другом месте заявил: «Перед нами стоит такой вопрос: на какую из мировых литератур взять курс? Во всяком случае, не на русскую... ».

В ответ на сопротивление режим ужесточал репрессии. Официально было объявлено, что «некритическое повторение шовинистических велико-державных взглядов о так называемой искусственности «украинизации», непонятном народу галицком языке и т. п. » является «русским националистическим уклоном».

Интересно, что современные «украинизаторы», когда начинают рас-суждать о гибели жителей Малой России от последствий голода во время коллективизации в 1932-1933 гг., то о насильственной украинизации предпочитают не говорить. Историк Наталья Нарочницкая, комментируя так называемый «голодомор» сказала: «Первые 20 лет «радянськой влады», советской власти, были золотым веком для галицийской идеологии».

В русском городе Мариуполь к 1932 г. не осталось ни одного русского класса. На Украине выходили газеты на украинском, еврейском, немецком, греческом языках, но не было печатных органов на русском языке.

Постепенно партийно-политическое руководство Советского Союза осознало ошибочность насильственной «украинизации» русского населения. К позорному столбу пригвоздили сочинительства Грушевского об «Украине-Руси». В декабре 1932 г. вышло постановление ЦК ВКП(б) и Совнаркома СССР «О хлебозаготовках на Украине, Северном Кавказе и в западных областях», в котором вся вина за неблагополучное положение возлагалась на «контрреволюционные элементы» и в их числе... «петлюровцы». Постановление указывало, что на Украине элементы проникли в партийные и советские органы вследствие «механического проведения украинизации». ЦК ВКП(б) потребовал «изгнать петлюровские и другие буржуазно-националистические элементы из партийных и советских организаций».

Постепенно начинается сворачивание процесса «украинизации». Высшему партийно-политическому руководству стало очевидным, что в грядущей мировой войне ему необходима опора. Если до 1933 г. военная угроза СССР исходила, прежде всего, от Польши, то с этого времени вырисовывался ее альянс с пришедшим к власти в Германии Гитлером. 26 января 1934 г. Польша заключила с Германией договор о дружбе и ненападении. Польша вынашивала свои планы расчленения России. На территории Украинской ССР раскинулась ее разведывательная сеть. Участились прямые военные провокации со стороны польской границы.

К середине 30-х гг. сталинское руководство будто бы прозревает. Вне всякого сомнения, И. В. Сталин знал, что нации «украинцев» в природе не существует, но он понимал и то, что политика «украинизации» представляет благоприятную среду развития местного сепаратизма, а сепаратисты во все времена легко шли на сотрудничество с внешним врагом.

Несмотря на некоторый поворот, курс на «украинизацию» в целом сохранился. Однако коммунистическая пропаганда закрепила тезис о русских и «украинцах» как о «двух братских народах».

Переход к мягкой политике «украинизации» принципиальных изменений в ее конечные цели не внес. «Исправляя перегибы украинизации, мы должны одновременно продвинуть вперед саму украинизацию, которая является неотъемлемой частью нашего социалистического строительства», — подчеркивалось на ноябрьском 1933 г. пленуме ЦК Компартии Украины.

Так, например, Донецкий обком КП(б)У в апреле 1934 г., в самый разгар борьбы с «перегибами украинизации», принял решение «О языке городских и районных газет Донбасса», которое предписывало перевести на украинский язык 23 из 36 местных газет, еще 8 должны были печатать две трети информации по-украински, 3 — на греческом и лишь 2 газеты области решено было оставить на русском языке. Но и они вскоре были закрыты.

В 1937 г. разгул русофобии завершается. Советское руководство осознало, что дальнейшее поощрение безумного проекта «украинизации» в условиях надвигающейся войны с гитлеровской Германией, может привести к непредсказуемым последствиям. В директиве польского Генштаба в августе 1937 г. было записано, что конечной целью польской политики является «уничтожение всякой России». Польские военные считали, что достигнуть этой цели они смогут через разжигание сепаратизма на Кавказе, Украине и в Средней Азии. К 1938 г. руководство Польши окончательно оформило курс на сотрудничество с фашистской Германией.

В Советском Союзе по отношению к наиболее оголтелым «украинизаторам» принимают жесткие меры и в ранге «национал-уклонистов» тысячами отправляют в ГУЛАГ. Вновь открылась всеукраинская газета на русском языке. В крупных городах родителям предоставили возможность выбирать язык обучения для своих детей. «Украинизацию» ввели в спокойное русло.

В 20-х-30-х гг. XX столетия новая «нация» была наделена такими «дэржавными кордонами», о которых не могли мечтать и наиболее продвинутые «украинизаторы». Если в XІX веке Н. И. Костомаров говорил об «украинцах» как о народности, как о части единого русского народа, тоhttp://eot-tula.su/content/ukrainizaciya-po-sovetski отныне на уроках истории в головы подрастающего поколения стали внедрять положения о двух братских народах.

http://eot-tula.su/content/ukrainizaciya-po-sovetski

Категория: История | Добавил: Михаил (14.03.2017)
Просмотров: 28
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]